‘Патриарх Тихон, Революция и Столетее Позже’ – доклад прочитан прот. Николаем Карыповым на Симпозиум, посвященный столетию Русской Революции 1917 г. Сидней 14-17 июля 2017 г.

Патриарх Тихон был избран Богом,1 чтобы восстановить сильное руководство Русской Церковью, без сомнения в труднейший период всей истории её существования. Церковь была поставлена перед лицом феномена революции – попыткой перестройки человеческого общества без Бога. Врата ада не одолели. Столетием позже, не только Россия, но и весь мир снова стоит перед вызовом революции – нравственной революции. Я чувствую, что Русская Церковь, к которой мы принадлежим, имеет уникальную возможность (если она воспримет эту миссию) поделиться опытом, как поступать с этим вызовом.

Василий Беллавин, будущий Патриарх Тихон, родился 31-го января 1865 года в большой семье сельского священника. С 1878 по 1884 гг. он учился в семинарии в Пскове, ближайшем к его дому городе. Затем он поехал в Санкт-Петербург в Духовную Академию, которую закончил в 1888 году. Его друзья по учёбе, которым он часто помогал с выполнение домашних занятий, пророчески звали его «патриарх».

В течение нескольких лет он преподавал нравственное и догматическое богословие в семинарии, где он раньше сам учился, приняв монашество в 1891 году. В 1897 году, в возрасте 32-ух лет, он был рукоположен во епископа Люблинского (Польша) и в сентябре следующего года назначен в Американскую епархию.

Епископ, а с 1905 года Архиепископ Тихон находился в Америке в течение почти 10-ти лет, оставив о себе память как образцового Архипастыря, миссионера, церковного строителя и основателя первой православной семинарии в Северной Америке. Благодаря его общению с православными различных национальностей, а также с западными вероисповеданиями, особенно с англиканами, – Православие стало заметным присутствием в американской религиозной жизни.

Последующие десять лет его активное служение проходило в Ярославле (1907), в Вильно (1913) и в июне 1917 года, летом между двумя революциями 1917 года, он был назначен Митрополитом на Московскую кафедру.2  В этой должности он присутствовал на открытии Всероссийского Собора на праздник Успения Божией Матери (15 августа 1917г.).

Деяния Собора, особенно процесс восстановления Патриаршества, были очень неспокойные. В России не было Патриарха с 1700 года, когда умер Патриарх Адриан, и царь Пётр ввёл синодальное управление Церковью (1721г.). Никто из последующих царей серьёзно не думал давать разрешение Церкви на избрание Патриарха, за исключением последнего императора. Синодальная система просуществовала 200 лет. Многие из 586-ти официальных делегатов были заражены духом революционного либерализма после вынужденного отказа царя от престола. Корни либерализма в Церкви уходят в 19 век. Обсуждения по вопросу восстановления Патриаршества начались 11-го октября 1917 года. Хотя большинство делегатов поддерживало восстановление, громкое меньшинство продолжало бороться против. Архиепископ Никон 3 указывает на то, что этим дебатам через месяц положили конец уличные бои в Москве и Петрограде между большевиками и сторонниками Временного правительства. Епископ Митрофан, ответственный за вопросы по церковному управлению, суммируя различные взгляды, высказанные ранее, заключает: «Дело восстановления Патриаршества не может быть отложено – Россия горит, всё гибнет».4

Вновь избранный Патриарх прекрасно видел, что его служение будет «плач, и стон, и горе» (Иезик. 2:10), слова Пророка, которые он процитировал в своей речи после принятия Патриаршества. В своём первом Патриаршем послании (18.12.17) Святитель Тихон перечисляет различные невзгоды: изнуряющая Великая война, вторжение врагов и междоусобное кровопролитие. Однако, величайшую боль его сердцу принесли духовное смущение, потеря веры и воинствующий атеизм среди народа. Но он указывает, что не все православные люди склонились перед Ваалом. Он выразил надежду, что по их молитвам, молитвам Божией Матери, Святых Иерархов Московских и Всех Русских Святых, Господь усмирит бушующее море национальной жизни.5 В своей проповеди на Новый год (1918) в Храме Христа Спасителя, Святитель Тихон сравнивает усилия перестройки национальной жизни за последний год со строительством Вавилонской башни, безбожным старанием, приведшим к нищете, голоду и бесчисленным людским страданиям.6 Меньше чем через три недели он опубликовал послание с анафемой беззаконных преследователей Православной веры и Церкви. В письме, которое обошло все приходы, он перечисляет кровавые преступления большевиков и восклицает: «Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это поистине дело сатанинское…»7 Послание, написанное сильно и убедительно, никогда не было забыто и прощено новой властью. Кровопролитие, которое только начиналось, унесло жизни около 90.000 священников и монашествующих за годы Гражданской войны. Мы не имеем достоверных данных о гибели мирян.

Коммунистическая идеология была недвусмысленна по отношению к Церкви – к любой религии. Церковь не имела места в новом порядке; большевики не только убивали священнослужителей и монашествующих, но также закрывали храмы, церковные школы, монастыри, благотворительные и духовные учреждения. В результате отделения Церкви от государства, Церковь утратила прошлую позицию и влияние в обществе, которые она имела через образование, местное управление и другие организации.  Военный коммунизм закончился потрясающими потерями жизней и имущества, разрушением сельского хозяйства и производства. Следом за Гражданской войной началась волна антигосударственных крестьянских восстаний, начавшихся мятежом моряков Кронштадта в начале 1921 года. Ленин был вынужден отступить на шаг назад, введя новую экономическую политику (НЭП), чтобы оживить сельскохозяйственное производство и хотя бы лёгкую промышленность. Однако, Церкви не разрешалось принимать какое-либо положительное участие в восстановлении войной разрушенной жизни России. Когда начался голод в Поволжье, Ленин и его правительство увидели в этом возможность подточить Церковь. Государственная пропаганда публиковала ложь о том, что якобы Церковь не хочет помочь голодающим крестьянам.

В феврале 1922 года Патриарх Тихон опубликовал письмо, в котором обратился к священнослужителям и мирянам с просьбой принять участие в сборе помощи голодающим Поволжья, разрешив добровольные пожертвования церковной утвари. В последующем указе он подчеркнул, что литургические сосуды и облачения не должны даже добровольно быть отданы. Он побудил приходских священников объяснить народу, что насильственной экспроприации должно быть оказано сопротивление. Последовало много случаев репрессий, когда миряне пытались воспрепятствовать изъятию священных предметов. В секретном указе Ленин объяснил местным партийным аппаратчикам, что провокация верующих людей на руку пропаганде против Церкви. Ленин писал, что чем больше священников и активных церковников будет арестовано и расстреляно – тем лучше.8

Патриарх Тихон выступил свидетелем на процессе «Московских церковников» по делу о насильственном изъятии церковных ценностей.9 Он показал на суде, что власти согласились с предложением Церкви пожертвовать ценности. В последствии Центральный Комитет издал декрет, который призывал к конфискации церковных ценностей. Судебный материал показывает, что судья и прокурор постоянно пытались спровоцировать Патриарха признаться, что, назвав конфискацию «кощунством» он тем самым называет Советское правительство «ворами». Они обвинили Патриарха в кровопролитии, связанном с конфронтацией верующих с милицией; криминальное обвинение с очень серьёзными последствиями.

Большевистские лидеры видели, что вследствие Гражданской войны, когда исчезли целые классы врагов, Церковь оставалась врагом номер один. Идеолог партии Бухарин (впоследствии расстрелянный по приказу Сталина) сказал в 1922 г.: «Церковный фронт является самым опасным для Советской власти. Церкви должны быть снесены с лица земли как рассадник контрреволюции … Гражданин Беллавин (Патриарх Тихон) должен быть казнён.10 Для борьбы против Церкви были приняты различные меры. Одним из начальных методов было создание церковных группировок, которые могли бы сыграть роль Троянского коня, чтобы  взять в руки административное управление и тем самым установить государственный контроль над Церковью. Затем, постепенно полностью искоренить религию. 2-го декабря 1919 года в одной из двух главных газет Советского государства, «Известия», появилась статья под названием «Церковь и государство»: «Церковь всегда была в руках государства орудием для порабощения трудящихся масс: Патриарх, верный монархическому строю, предавал анафеме новую власть… Церковь не только благословляла контрреволюцию, но даже активно её поддерживала. Двухлетняя борьба Советской власти за своё существование наглядно показала, что для неё не всё равно, что думает и что делает Церковь….(мы учимся) быть предусмотрительными и поддерживать в духовенстве те течения, которые следуют за духом времени и идут на поддержку Советской власти.11

В начале мая 1922 года советчики посадили Патриарха Тихона под домашний арест, под которым он оставался всё время подготовки процесса до освобождения в июне следующего года. В течение этого времени, чекист Тучков со своими помощниками: епископами Антонином (Грановским) и Леонидом (Окропиридзе), протоиереями «Живой церкви» Введенским и Красницким, работали над тем, чтобы захватить контроль над церковным управлением. Обманным путём они уверили Патриарха, что в случае его ареста, митрополит Агафангел возьмёт управление в свои руки. Вполне понятно, что московское духовенство, терроризированное Советами, вначале поверило Антонину, но только до тех пор, пока Патриарх не смог опубликовать письмо, обличающее заговорщиков. 6/19 декабря 1922 года был издан указ, анафематстующий « Живую церковь» и всех ей сочувствующих, используя сильные выражения, назвав их «иудами» на службе сатаны и антихриста.12 Эта анафема дала духовное и нравственное направление духовенству и верующим, и помогла им избежать искушений «Живой церкви».

В это же самое время, Русская Православная Церковь Заграницей (РПЦЗ), основанная указом Патриарха, предприняла целый ряд мер, направленных на освобождение Патриарха. В приходах по всему миру служились молебны, были поданы прошения западным вероисповеданиям (за исключением Папы Римского) и главам Европейских государств.

Советы использовали «Живую церковь» в начале 1923 года в период подготовки судебного дела и исполнения приговора над Патриархом Тихоном. Он должен бы был осуждён «Церковным Собором», разоблачён и сведён до уровня мирянина «Василия Беллавина», что сделало бы исполнение приговора более приемлемым для населения. Этот ложный «Церковный Собор», возглавляемый епископом Антонином (который называл себя Митрополитом Московским), собрал 46 «епископов», которые послушно следовали всем указаниям Советов. Введенский выдвинул свой тезис, заявив, что дореволюционная Церковь служила не Христу, а династии Романовых, и что когда царь был удалён, они заменили его Патриархом Тихоном.

Советские руководители недооценили громадный авторитет, который Патриарх Тихон имел как в России, так и в Европе. Истории о зверствах, принесенные беженцами из России во время Гражданской войны, побудили общественное мнение к твёрдым действиям. Советы не могли игнорировать мнение Запада, потому что им нужно было дипломатическое признание для ведения торговли. Западные Церкви и правительства выразили сильные протесты Москве по поводу действий по отношению к верующим и особенно к Патриарху Тихону: травля средствами массовой информации, показные процессы, проводимые церковными предателями и правительством; нависающая угроза приговора.

Патриарх Тихон был освобождён, заявив под давлением и ничего не зная о международной ситуации, что он «не враг Советской власти», при этом не сказав, что он «друг». В последующие два года, до самой своей кончины в день праздника Благовещения в 1925 году, он постоянно подвергался, почти ежедневно, мучениям со стороны Тучкова, чтобы делать нескончаемые уступки линии партии. «Предложения» часто сопровождались угрозами репрессий духовенства. Тем не менее Патриарх-Исповедник не изменил принципам; не призывал русских людей признать новую власть как Богом данную, не отлучил епископат Церкви Заграницей, благословивший Белое Движение.

Сотням тысяч верующих, которые пришли проститься со своим Архипастырем, настоящим Отцом Церкви, было ясно, что Патриарх Тихон умер как мученик. Официальное медицинское заключение смерти тоже выглядело подозрительным, т.к. он никогда не болел грудной жабой.

В день похорон Патриарха в Москве, будущий мученик Архиепископ Иоанн (Поммер) в похвальном слове, произнесённом в кафедральном Соборе Риги, свободной от Советов,13 в деталях перечислил методы борьбы, используемые Советами против Патриарха Тихона, из которой он вышел с достоинством:

  1. Соблазнение предложениями различного сорта «наград» в замен признания, на что он ответил анафемой;
  2. Различные угрозы, которые не изменили его взглядов, но наоборот притягивали к нему людей, как к Исповеднику;
  3. Предложения эмигрировать, на которые он ответил, что будет страдать со своими людьми;
  4. Попытки смутить Патриарха с помощью раскольнических обновленческих группировок, не менее пяти из которых объединились в «Разбойничий Собор» в 1923 году;
  5. Cоветская пропаганда поощряла действия антиправославных протестантских группировок и Ватикана против «Тихоновской Церкви»;
  6. Личные атаки и клевета в прессе, которым народ не верил и называл Патриарха Тихона исповедником и мучеником;
  7. Ложь о якобы «раскаянии», опубликованная после его освобождения, понималась тем, кто его знал, как клевета;
  8. Слухи о плохом здоровье Патриарха, постоянно печатавшиеся в газетах, были направлены на то, чтобы подготовить общественное мнение к его якобы приближающейся смерти.

В заключение своего слова Архиепископ Иоанн сказал, что Святитель Тихон стал популярным, любимым народным героем. Он сказал, что Церковь действительно всегда будет видеть в нём «правило веры и образ кротости», как в Святителе Николае Мирликийском.

Иван Ильин, один из целой группы русских религиозных философов, высланных Советами из России в 1922 году, часто говорил: «Мы победили!» Он объяснил бывшим офицерам и интеллигенции, что хотя физически они побеждены большевиками, коммунистическим идеям нет будущего в России. Будущее России принадлежит традиционным ценностям – православной христианской вере и любви к Родине – а не атеистическому интернационализму.

Тоже самое можно сказать о героических усилиях Церкви, возглавляемой Патриархом Тихоном в период 1917-1925 годов. В эти годы Церковь победила сатану и антихриста. Сатанинская духовная и нравственная революция Ленина и Троцкого была повержена. Ещё будут ужасные репрессии и болезненные споры по поводу декларации, выпущенной под давлением терроризированным митрополитом Сергием, патриаршим заместителем местоблюстителя. Из 56-ти тысяч церквей и монастырей, существовавших в дореволюционный период, к концу 30-ых годов действующими осталась только горстка.14 Однако, доказательством того, что Церковь духовно победила, стало то, что с момента вторжения немцев в июне 1941 года везде на оккупированной территории стали открываться  храмы. Это было ясным сигналом бывшему грузинскому семинаристу, Иосифу Джугашвили (Сталину), что атеизм проиграл войну. Вместо того, чтобы уничтожать Церковь физически, он начал думать, как использовать её в целях Советского государства.

Какие уроки может вынести Церковь сегодня из опыта Русской Церкви в период 1917-1925 годов? Во-первых, мы не должны быть введены в заблуждение длительными периодами относительного затишья для Церкви. Церковь в Российской Империи – что, конечно, включало Украину, Белоруссию и другие ныне независимые страны – наслаждалась миром около 250-ти лет до начала революции. Древние римляне говорили: «Если ты хочешь мира – готовься к войне». Действительно, подобное предупреждение дано нам Самим Господом: Церковь всегда будет гонима. Будьте бдительны, не расслабляйтесь. Уловка сатаны номер один – десенситизация. Десенситизация (если хотите) – это метод варки живых раков с постепенным нагревом воды до кипения. Если посмотреть на культурную и интеллектуальную жизнь России, особенно в ХVIII и XIX веках, и даже начиная с XVI века, мы увидим, что она постепенно заражалась идеями гуманизма, приходящими из Европы. Христианская вера разъедалась. Христианская жизнь, за исключением некоторых случаев индивидуального порядка и монастырей, была сведена до уровня обрядоверия, часто нисходя до суеверия и полумагического восприятия. Это привело к тому, что интеллигенция стала искать решение жизненных проблем в произведениях европейских гуманистов. И только в XIX веке такие великие писатели, как Гоголь, Достоевский и Толстой, а также группа писателей-славянофилов начали посещать старцев Оптиной пустыни. Этот плодотворный процесс сходен с периодом так называемого Палеологового Ренессанса в Византии: вспышки фейерверка перед катаклизмом.

Историки утверждают, что люди, игнорирующие уроки истории, обречены их повторить. Я думаю, что Россия и мир, включая нас православных христиан повсюду, ещё не поняли уроков 1917-1925 годов. Нам нужно поучиться у евреев не забывать болезненного опыта. Что случилось в бывшей Российской Империи – был подлинный Холокост. Церковь не от мира сего, и не должна быть впутанной в земной гражданский процесс, однако, Церковь должна осудить коммунистическую идеологию не только как богопротивную и богоненавистническую, но и как античеловеческую. Этого ещё не произошло в России. Немцы поняли опасность национализма и осудили его. Многочисленные статуи коммунистического полубога не должны быть разрушены, но перенесены в музеи коммунистического Холокоста. Революция прошлого столетия была не только против Бога, она имела намерение упразднить человечество (см. К.С.Люис «Упразднение Человека»), перестроить его в машину: часовой механизм, состоящий из отдельных людей-шестерёнок. Современный Западный мир продолжает эстафету, начатую коммунистами. Как иначе можно понять нравственную революцию в мире, подстёгнутую в 60-ых годах идеологами рок-культуры: «вступайте все в Кама Сутру, священную оргию».15 Этот же мюзикл провозгласил наступление эпохи Водолея. По мнению оккультных астрологов, предыдущая эпоха – эпоха Рыб, в основном была христианской, а сейчас пришёл новый век. Джон Леннон пригласил всех «представить» 16 этот век «братства людей» без «религии». Если посмотреть на бесчисленные проявления нравственной революции с 60-ых годов, то не удивительно, какая сейчас нравственность в мире. И что удивительно, принимая во внимание влияние средств массовой информации, что этот процесс занял целых два поколения!

Бог, пославший Своего Единородного Сына на распятие за нас – любит мир. Как говорит Святой Исаак Сирин – Бог спасёт человеков даже если для этого потребуется ад, но подчёркивает – братие, я не советую этот путь… История человечества может быть рассмотрена, как картина больших или меньших катаклизмов с относительно спокойными периодами между ними. Это хорошо видно из Библейских рассказов о Всемирном потопе, Вавилонской башни и из истории Израиля (слово «катаклизм» буквально значит «омовение»). Катаклизмы наступают когда жизнь верующих в Бога становится заражённой миром, и предохраняющее действие «соли земли» ослабевает. Это наша великая ответственность – жить соответственно имени христианина, отдалить себя от нравственного разложения окружающего мира, дав тем самым возможность Богу спасти нас.

Образ Святого Архипастыря, Святителя Тихона, Патриарха – «правило веры и образ кротости» для нашего руководства.

Прот. Николай Карыпов

Симпозиум, посвященный столетию Русской Революции 1917 г.

г.Сидней 14-17 июля 2017 г.

Примечания

1После голосования был брошен жребий, чтобы выбрать между тремя Епископами Русской Церкви;

2Верующие москвичи стали называть его «Тих-он». «Он – тихий», в смысле кроткий и смиренный

3Архиепископ Никон (Рклитский) «Жизнеописание Блаженнейшего Антония, митрополита Киевского и Галицкого», Нью-Йорк, 1956-63, тома I-X

4Там же, том IV, стр.200

5«Деяния Святителя Тихона, Патриарха Московского и Всея Руси, и последующие документы и переписка относительно наследственности Верховной Церковной власти 1917-43», собранные М.Е,Губановым (1064 страниц), Москва, 1994, стр.70

6Там же, стр.76

7Там же, стр.76

8Текст письма Ленина помещён в книге Льва Регельсона «Трагедия Русской Церкви, 1917-1945», Имка-Пресс, 1977, стр.280. В одной из ранних работ на эту тему Протоиерея Михаила Польского «Новомученники Российские», Джорданвиль, шт.Нью-Йорк, 1949, приводятся следующие цифры жертв репрессий, последовавших после компании по изъятию церковных ценностей: 2.691 – белое духовенство; 1.962 – монахи; 3.447 – монахини и послушники. В общей сложности – 8.100 духовенства и моношествующих (том I, стр.214)

9«Деяния», тоже, стр.195

10Архиепископ Никон, тоже, том VI, стр.61

11Цитировано в книге Архиепископа Никона, тоже, том VI, стр.87

12Там же, стр.93

13«Деяния», тоже, стр.380

14Википедия приводит следующие данные на 1914 год: 5.173 прихода; 29.593 храма; 112.629 священников и дьяконов; 550 мужских и 475 женских монастырей с 95.259 насельниками

15«Содомия», песня из рок-мюзикла «Волосы», октябрь 1967

16«Воображение», песня Джона Леннона, октябрь 1971